a7ba2b4f

Булыга Сергей - Лабиринт



Сергей Булыга
Лабиринт
Одни рождаются в поле, другие в лесу, третьи в дороге, на постоялых
дворах, а самые счастливые рождаются в родительских домах. Молчаливый же
родился в лабиринте, и первое, что он увидел, - это очень высокие стены,
уходящие к самому небу. Но серые и холодные стены не испугали его, потому
что в вышине над ними Молчаливый увидел яркое синее небо. Родился - и не
закричал. Смотрел на небо, жевал беззубым ртом и хмурился. Мать
испугалась, шлепнула младенца раз, второй... Все, кто рождаются на свет,
должны испуганно кричать - так надо, а этот молчал.
Он так и вырос - молча, его так и назвали - Молчаливый. Мать часто
плакала, кричала:
- Скажи хоть что-нибудь!
А он молчал. Он ничего не говорил, зато очень любил слушать. Стоило
лишь старикам собраться у костра и заговорить о былом, как Молчаливый,
крадучись, подходил к огню, садился и слушал. Поначалу его отгоняли,
говорили, что не его это ума - слушать взрослые речи, а после привыкли.
Молчаливый мог слушать часами, особенно когда беседа шла о том, что же
скрыто за стенами лабиринта.
Предполагали разное. Одни считали, что весь мир - лабиринт и нечего тут
голову ломать. Другие уверяли, что лабиринт имеет предел, что из него
можно выбраться, и тогда... Одни утверждали, что, выйдя из-под защиты
высоких стен, человек непременно погибнет, ибо в открытых пространствах
водятся ужасные звери. Другие, напротив, доказывали, что за пределами
лабиринта вдоволь еды и питья, что там светло. А им возражали - да,
конечно, там светло, там все освещено солнечным светом, но солнечный свет,
как известно, губителен для человека. И это великое благо, что стены
лабиринта столь высоки, и солнце освещает лишь их вершины, не в силах
проникнуть до самой земли. Ведь солнце - это... Но так как никто из
стариков не видел солнца, то разговор на этом обычно иссякал, и начинали
спорить о другом - куда идти, какие делать отметки на стенах, что брать с
собою, как уберечься от дозорных враждебного племени и еще о многом и
многом другом.
Однако все эти беседы велись более для приятного времяпрепровождения,
нежели для практической пользы. Ведь никто всерьез не верил в то, что из
лабиринта можно выбраться. Просто людям необходимо мечтать, вот старики и
мечтали. Вспоминали, как тридцать восемь зим тому назад охотники поймали
человека в диковинных одеждах. Человек этот не умел изъясняться на
правильном языке, был сильно истощен и вскоре умер. Одежду его поделили, и
племени, к которому принадлежал Молчаливый, достались его башмаки и еще
какой-то плоский камешек странного вида со странными знаками. Башмаки и
камешек хранились в капище; в большие праздники жрец позволял встряхнуть
камешек и приложить его к уху, и тогда можно было услышать негромкое
мерное тиканье. А башмаки не позволялось трогать никому. Считалось, что
тот, кто их наденет, потеряет душевный покой и будет плутать по лабиринту
до тех пор, пока не обессилеет и умрет.
Башмаков все боялись. Один лишь Молчаливый иногда подкрадывался к
капищу, заглядывал в щель между камнями и мечтал о том дне, когда он
похитит их и выйдет из лабиринта. Но - Молчаливый это понимал - его время
еще не пришло.
А пока что он ждал и мужал. Помогал матери - собирал съедобный мох,
молол в ручных жерновах улиток, ловил в ручье водяных жуков и лягушек.
Когда подрос, брат матери стал брать его на охоту за крысами.
Крысы в лабиринте водились большие - в три, а то и в пять локтей,
считая без хвоста. Охота на них требовала силы, муже



Назад